Фёдор Овчинников

Previous Entry Share Next Entry
23 июля 2002 года
biarmia


Я сижу у костра. В долине быстрой реки Кожим. Вокруг - Рерих. Просто акварели. Небо чистое. Облака. Ветра нет. Давно я уже не заставлял себя открыть дневник, а произошло много интересного. Итак, восстановим события.


Ретроспектива.

20 июля. Я закончил запись в дневнике и лег спать. Проснулся, когда пришел Андрей. Шла реальная пурга, а мы были на вершине горы. Я вспоминаю это все как страшный сон. Я продумал план отступления, бегства, так реально боялся за наше здоровье, а может и жизни. Я не знал, что такая погода бывает здесь достаточно редко в июле. Я предложил Андрею спуститься в долину ручья Караванный и идти назад по реке к Пелингечею, и ближе к людям. Андрей ответил полным отказом и предложил идти вперед, переждав непогоду. Идти вперед, но не с полным неподъемными мешками, а носить вещи частями, разбить груз на две ходки и так продвигаться вперед, возвращаясь назад. Я тогда, честно признаться, считал это самоубийством. Но Андрей был неотступен. Тогда я сказал, что если мы идем вперед, значит надо идти сейчас же.

На ветру мы собрали вещи - лодку, консервы, тент... Остальное и палатка остались.

И пошли. Через 4,5 часа мы дошли до р.Николай-Шор, до самых ее верховьев. Прошли по длинному плато, с которого на следующий день был виден красивейший хребет Росомахи. Тогда видно ничего не было. Спрятали груз и пошли назад к палатке.

Уже был вечер. Ветер ни на минуту не стихал. На обратном пути начался просто ад. Пурга. Мощнейший ветер и снег. Голое плато было заболочено. Ботинки были совершенно мокрые. Ноги мясили грязь со льдом. Часто проходили через ручьи. Теперь уже напролом, а не по камням. Постепенно на ногах образовались "ледяные сапоги" по колено. Сопли замерзли на ветру. В голове начались мысли: "Федя, иди или умрешь! Федя, ты еще молод, чтобы замерзнуть в горах". Сейчас под солнцем даже "смешно" это писать. Спас меня в палатке только спирт, который мы взяли для ремонта лодки. Кстати, стоит сказать, что я ночью жег свечки в палатке - немного это согревало.

21 июля. Мы проснулись - радости нашей не было предела - светило солнце! Снег заваливший за ночь палатку начинал таять. Я лежал в спальнике и смотрел на льдинки и капельки, стекающие по наружним стенкам палатки. И не было ветра! Его не было! Началась новая жизнь.


21 июля 2009 года. Утро после пурги... Внизу, в долине - ручей Караванный. Путь от палатки до ручья за водой занимал не менее часа. Вокруг палатки сушатся наши вещи...

Дальше опишу все кратко. Мы занесли вещи на бывшую базу золотодобытчиков и встали там лагерем на р.Николай-Шор. Когда-то там добывали золото...


Вид на хребет Росомахи. Я сижу на плато, по которому мы шли ночью в пургу. Только утром мы увидели, что здесь прекрасный вид. 

22 июля. Занесли вещи (а сначала забрали их из тайника) до устья Николай-Шора - на р.Кожим. Мы все-таки дошли до верховьев Кожима! Вернулись обратно. 




Заночевали. Встретили двух геологов на вездеходе.

23 июля. Сегодня.
Мы мылись в бане! Геологи нам предложили сделать вместе баню в одном из сохранившихся балков с печкой. Этот балок, судя по наличию в нем малиц и оснастки от нарт, уже облюбовали оленеводы.

Пришли на устье Николай-Шора. Встали лагерем на берегу Кожима.

Видели: живую дикую лисицу, леммингов, куропаток, следы волка... А теперь все, хочу спать. Завтра будет новый день.

23 июля 2002 года. Текст из дневника, написанного во время экспедиции на Приполярный Урал.

Первая часть
Вторая часть




  • 1
класс! так вот как закалялся стержень ботаника!

  • 1
?

Log in